Меняющееся лицо индонезийского терроризма
В стан боевиков людей приводят социальные проблемы на земле и обещания райского блаженства на небе

Десятую годовщину взрывов на Бали отмечали по-разному. Премьеры и экс-премьеры произносили речи, сироты читали стихи, 150 серферов образовали в воде круг, призванный символизировать мир. Работники пляжей отпустили в океан 202 черепашат – в честь такого же числа погибших, кто-то зажег на пляже 202 свечи, а кто-то поставил на мемориал в честь жертв теракта семь бутылок местного пива Bintang – по числу погибших товарищей…

Михаил ЦЫГАНОВ

Джакарта – Суматра – Сулавеси – Бали

12 октября 2002 г. в 11 часов ночи террорист-смертник произвел первый взрыв перед баром Paddy's Pub в известном своими злачными местами балийском пляжном городке Кута. Когда все находившиеся в зданиях поблизости бросились на улицу, сработал второй, намного более мощный заряд, спрятанный в микроавтобусе, припаркованном рядом с ночным клубом Sari Club, расположенным по другую сторону улицы от Paddy's Pub.

Второй взрыв был настолько мощным, что Sari Club был практически полностью разрушен, а ударная волна выбила стекла у всех зданий в радиусе 500 метров. Духовные вдохновители исламистов потом утверждали, что, на самом деле, за терактом стояло ЦРУ США, испытавшее-де некий новый вид маломощного ядерного устройства. После взрыва в ночном клубе начался мощный пожар, который перекинулся на соседнее заведение, также наполненное людьми, а затем охватил еще два десятка домов.

Джакарта: последствия теракта.

Сработавшим в тот день 700 килограммам взрывчатки было суждено стать крупнейшим (но не первым) терактом в истории Индонезии. Взрыв унес жизни 202 человек, в том числе 164 туристов из 21-й страны мира. Еще более 300 человек получили ранения, которые навсегда изменили жизнь многих из них. Погибли и 38 индонезийцев, в основном – водителей такси и сотрудников клуба.

Индонезия является самой многонаселенной мусульманской страной мира – ислам здесь исповедует около 90% из 240 млн. ее жителей. Однако он не является государственной религией, а в ряде провинций большинство жителей исповедует другие религии. Так, подавляющее большинство жителей Бали – индуисты. И в целом Индонезия имеет репутацию одной из самых веротерпимых стран Азии. Точнее, имела, пока в ее стремительно растущих мегаполисах не стали скапливаться громадные массы безработных люмпенов…

ПРОСТИТЬ, НО НЕ ЗАБЫТЬ?

«Мы не в состоянии забыть трагедию, но давайте все же простим, чтобы можно было нормально продолжать жить», – призвал представителей различных конфессий Индонезии накануне десятилетней годовщины теракта один из руководителей его расследования, а ныне – губернатор Бали Маде Манку Пастика.

«Жители Бали, те, кто выжил после взрывов, и их семьи после трагедии прошли чрезвычайно трудный период – и боль с гневом до сих пор живут в сердцах и умах многих людей. Но пусть эти чувства не помешают нам начать новую и мирную жизнь», – сказал Пастика.

Забыть взрывы не готова и премьер-министр Австралии Джулия Гиллард, принявшая 12 октября 2012 г. участие в прошедшей в культурном парке «Гаруда Вишну Кенчана» на юге Бали многотысячной торжественной службе в память жертв теракта, среди которых было 88 австралийцев.

«Это был ужасный момент, который оказал глубочайшее воздействие на Австралию. Забыть об этом было бы высшей степенью несправедливости – и мы никогда не забудем», – подчеркнула она.

Но если уж помнить – то будем помнить обо всем. Взрывы на Бали (как и предшествующие и последующие теракты) были осуществлены действующей по всей Юго-Восточной Азии и связанной с «Аль-Каидой» региональной террористической организацией «Джемаа исламия», которая ставит целью создание в этом регионе исламского «супергосударства», в которое вошли бы Индонезия, Малайзия и Сингапур, а также населенные преимущественно мусульманами южные районы Филиппин и Таиланда. На пике своей мощи созданная примерно в 1993 г. организация имела разбросанную по всему региону сеть в несколько сотен членов, а ее ядром была группа из примерно 50-60 индонезийцев и малайзийцев, прошедших военную подготовку в Афганистане в 1980-1990 гг.

В рамках своей идеологии, основывающейся на буквальном истолковании учения ислама, экстремисты считают себя солдатами Бога, сражающимися против Его врагов, рассказывал автору в ходе первого знакомства еще в 2004 г. Аншад Мбаи – тогда начальник отдела по противодействию террору ведомства министра-координатора по вопросам политики и безопасности Индонезии, а ныне – глава созданного два года назад Национального управления по противодействию террору (НУПТ).

«Кстати, этой идеологией они заразилась, когда сражались в Афганистане против советских войск», – подчеркнул он в той давней беседе. – Терроризм – не обычное преступление, он имеет политическую мотивацию. И террористы не остановятся, пока их политическая цель не будет достигнута. Именно поэтому терроризм нельзя победить, не обратившись к его корням».

Одним из таких корней, считает Мбаи, является политика США на Ближнем Востоке: «Исламские экстремисты считают ее несправедливой и потому полагают себя вправе отвечать любыми средствами. Без изменения американской политики на Ближнем Востоке мотивация и идеология террористов сохранятся, а их ряды будут пополняться новыми членами. Как гласит старая китайская поговорка, пока есть топливо, огонь не погаснет».

«Кроме того, они считают себя преданными Вашингтоном. Они говорят: в ходе кровопролитной войны в Афганистане американцы учили нас, снабжали нас, мы воевали в тяжелейших условиях. И что же: после завершения афганской войны нас объявили врагами, американцы предали нас», – заключил Мбаи.

ДЕКАДА ТЕРРОРА

Более 200 погибших и свыше 300 раненых – не удивительно, что начало серии нашумевших терактов в Индонезии датируют именно первыми двумя взрывами на Бали 12 октября 2002 г. Это, однако, неверно.

На самом деле, начало десятилетию террора в «стране трех тысяч островов» положила унесшая жизни почти двух десятков человек серия взрывов в христианских храмах Джакарты, Медана – столицы провинции Северная Суматра и других городов в рождественскую ночь 2000 г.

2001 г. прошел спокойно.

В 2002 г. произошел теракт на Бали.

5 августа 2003 г. мощный взрыв прогремел у расположенного в центре Джакарты пятизвездного отеля Marriott – террорист-смертник подогнал поближе к находящемуся в здании гостиницы ресторану загруженный взрывчаткой грузовик. В итоге – 12 погибших и около 150 раненых.

9 сентября 2004 г. еще один террорист-смертник взорвал начиненный взрывчаткой автомобиль перед воротами австралийского посольства в Джакарте, в результате чего погибли десять человек и были ранены свыше 180.

Наконец, 1 октября 2005 г. трое террористов-смертников взорвали себя в двух ресторанчиках морской кухни в местечке Джимбаран на южном побережье Бали и в оживленном кафе все в том же городке Кута. Погибли 23 человека и свыше 100 были ранены.

Десятилетие крупных взрывов в Индонезии завершилось в июле 2009 г., когда бомбы, сработавшие в столице страны у фешенебельных отелей Ritz-Carlton и Marriott, унесли жизни девяти человек и ранили 52.

ВДОХНОВИТЕЛИ ТЕРРОРА

Сейчас к сообщениям о терактах мы уже привыкли, но в 2002 г. взрывы на Бали стали основанием для того, чтобы 14 октября резолюцию 1438 с их решительным осуждением принял Совет Безопасности ООН.

Уже через несколько дней был арестован широко известный в регионе духовный учитель исламских экстремистов Абу Бакар Баашир. В 1980-е гг. этот радикально настроенный мусульманский богослов эмигрировал из Индонезии в Малайзию, где стал одним из основателей «Джемаа исламия». Вернувшись на родину в 1998 г., он создал организацию «Совет моджахедов Индонезии».

Аншад Мбаи.

Однако в 2002 г.  следствию не удалось доказать его прямого участия в подготовке теракта или подстрекательства к преступлению, и Баашир был приговорен за государственную измену и нарушение иммиграционных правил лишь к четырем годам тюремного заключения. К тому же в ноябре 2003 г. джакартский суд более высокой инстанции счел богослова невиновным в организации заговора по свержению законного правительства страны и провозглашению Индонезии исламским государством, после чего обвинение в государственной измене отпало, и приговор был смягчен до трех лет тюремного заключения. А затем Верховный суд сократил этот срок еще вдвое.

Но в конце апреля 2004 г. Баашир, срок пребывания которого в тюрьме истек, был вместо освобождения повторно арестован: полиция объявила его подозреваемым в терроризме в связи с новыми данными. На завершившемся в марте 2005 г. процессе богослов был признан виновным в участии в организации взрывов на Бали и приговорен к двум с половиной годам тюремного заключения. Однако в связи с тем, что часть этого срока Баашир отбыл в ожидании суда, а также благодаря двум общим амнистиям, он вышел на свободу уже в июне 2006 г.

К судьбе Баашира мы еще вернемся, а пока обратим внимание на «малайзийский след» в его биографии и перейдем к рассказу о том, как ловили непосредственных организаторов теракта.

СЛЕДСТВИЕ ВЕДЕТ ПОЛИЦЕЙСКАЯ РАЗВЕДКА

В кабинете Мбаи висит огромная ветвистая схема, больше всего напоминающая чье-то генеалогическое древо. На самом деле на ней – известные властям террористические организации, их ячейки и вдохновители. Отправная точка схемы – 1949 г., когда голландские колонизаторы после четырехлетней кровопролитной войны признали независимость Индонезии.

До того как наш собеседник возглавил борьбу с террором в масштабах всей страны, он десятилетия служил в полицейской разведке (есть в Индонезии и такое подразделение, работа в котором весьма престижна), и его знания и опыт организации разведдеятельности оказались весьма востребованы на новом месте.

Ведь до терактов на Бали большинство индонезийцев, включая даже сотрудников служб безопасности, просто не верили тому, что в их стране могут действовать террористы. Взрывы изменили и это.

В ноябре 2002 г. индонезийская полиция, основываясь на показаниях главного подозреваемого в совершении терактов выходца с Восточной Явы 40-летнего Амрози Нурхашима, объявила в розыск его сообщников. В ходе допросов Амрози назвал имя руководителя преступной группы, который разработал план теракта и выбрал объекты для взрывов. Им оказался гражданин Индонезии Имам Самудра (настоящее имя – Абдул Азиз), известный также, как «Кудама» и «Фатих», разыскиваемый полицией за участие в «Джемаа исламия».

21 ноября 2002 г. Самудра был арестован, и именно в ходе его допроса выяснилось, что «Джемаа исламия» имеет непосредственное отношение к взрывам в ряде городов Индонезии в период с 2000 г., которые ранее рассматривались полицией как изолированные, не связанные друг с другом эпизоды.

До взрывов на Бали даже сотрудники служб безопасности Индонезии не верили, что в их стране могут действовать террористы.

5 декабря 2002 г. был арестован Али Гуфрон, более известный под именем Мухлас, – еще один из руководителей «Джемаа Исламия». По утверждению полиции, он был координатором деятельности террористов в Юго-Восточной Азии и был объявлен в розыске в Индонезии, Малайзии и Сингапуре. Вместе с Мухласом в городе Клатен на Центральной Яве были задержаны еще восемь человек, обвиненных в причастности к октябрьским взрывам.

В августе-октябре 2003 г. суд столицы провинции Бали города Денпасар вынес смертные приговоры Амрози, Самудре и Мухласу, которые были приведены в исполнение в ноябре 2008 года: трое террористов были расстреляны на острове Нусакамбанган, на котором расположена тюрьма максимальной безопасности. Еще четверо боевиков были осуждены на пожизненное тюремное заключение, а остальные получили от 3 до 16 лет тюрьмы.

На протяжении нескольких последующих лет наиболее разыскиваемыми террористами в Индонезии стали двое подданных Малайзии – обучавшийся в Австралии, защитивший докторскую диссертацию в Великобритании и даже преподававший одно время в Технологическом университете Малайзии Азахари бин Хусин, который присоединился к «Джемаа исламия» еще в конце 1990-х гг. и прошел курс взрывного дела в лагерях террористов на южном филиппинском острове Минданао и в Афганистане; и его соотечественник Нурдин Топ, считавшийся  главным финансистом и вербовщиком террористической организации.

Азахари погиб в ноябре 2005 г. при штурме бойцами Densus 88 виллы в курортном городке Бату (провинция Восточная Ява), где он скрывался вместе с сообщниками. Окруженные террористы начали отстреливаться и бросать гранаты, ранив одного полицейского, а затем на вилле прогремел мощный взрыв, разрушивший ее крышу. Судя по всему, Азахари, постоянно носивший начиненный взрывчаткой пояс с целью избежать захвата живым, взорвал себя и еще двоих сообщников.

Нурдина Топа спецназовцы застрелили в ходе рейда в городе Соло на Центральной Яве в сентябре 2009 г., тем самым, практически подведя черту под деятельностью «Джемаа исламия» в Индонезии.

К слову, индонезийские либералы частенько упрекают бойцов Densus 88, что те слишком охотно нажимают на курок вместо того, чтобы захватывать боевиков живыми (так, в марте 2012 г. они уничтожили на юге Бали пятерых человек, подозреваемых в террористической деятельности). Понятно, что авторам подобных упреков никогда не приходилось самим стоять рядом с террористом-смертником, готовым в любой момент нажать кнопку взрывного устройства.

Но интереснее другое: а почему, собственно, двое малайзийцев так долго активно действовали в соседней Индонезии, тогда как в самой Малайзии за все эти годы не произошло ни одного серьезного теракта? Ответ прост: именно Малайзия является излюбленным местом отдыха арабских шейхов, не любящих беспокойства.

ДЕРАДИКАЛИЗАЦИЯ РАБОТАЕТ?

Каждую ночь на протяжении последних десяти лет мусульмане, приходящие в мечеть Ар-Рахмат в балийской Куте, молятся о жертвах терактов.

– И мы будем молиться о них на протяжении всей оставшейся жизни, – говорит житель Куты Усман.

Надо отдать должное индонезийским правоохранительным органам: они не только развернули активное и успешное преследование боевиков, но и организовали весьма эффективную программу дерадикализации экстремистов.

«Сотни бывших террористов пошли на сотрудничество. И потому эта программа будет продолжена и интенсифицирована – в частности, за счет направления в различные регионы специально подготовленных команд и совершенствования программ реабилитации осужденных в местах заключения», – рассказал Мбаи в одну из наших последних встреч.

Один из раскаявшихся террористов – 42-летний Али Имрон, прошедший курс боевой подготовки в Пакистане и помогавший собирать взрывные устройства для теракта на Бали в 2002 г. Девять лет назад за свое участие в теракте он был приговорен к пожизненному тюремному заключению, но если когда-то выйдет из-за решетки, то намерен первым делом отправиться в Австралию. «Я хочу принести свои извинения семьям жертв в их собственной стране», – заявил он недавно в интервью сингапурской газете Sunday Times.

Именно Али приехал к клубу в Куте на микроавтобусе со взрывчаткой и передал его непосредственно нажавшему кнопку взрывного устройства боевику.

«Тогда я считал, что это соответствует чаяниям нашей организации, но позже понял, что это не так. Лишь примерно один из каждых шести членов нашей группировки поддерживал взрыв», – вспоминает он.

Обращаясь к молодым боевикам, Али подчеркнул, что терроризм противоречит самому принципу мусульманской священной войны (джихада), которую можно вести только в зоне военных действий или в ответ на прямые нападения на мусульман, а потому к условиям Индонезии он неприменим.

«Как можно утверждать, что я лицемерю? – риторически спросил он сомневающихся в его искренности. – Меня назвали предателем и мои старые друзья объявили, что мою кровь можно пролить».

Именно такие раскаявшиеся террористы, как Имрон, могут стать весьма эффективным средством в предотвращении распространения радикальной идеологии, считает индонезийский эксперт Харри Пурванто. По его мнению, радикалы склонны прислушиваться именно к ним, а не к намного более многочисленным умеренным мусульманским организациям.

Тем не менее, для победы над террористами и экстремистами в Индонезии необходимо мощное общенациональное движение, считает глава Densus 88 Курниа Виджая. «Национальное управление по противодействию террору пытается вовлечь в эффективный диалог все стороны и установить сотрудничество для координации деятельности по предотвращению радикализма и терроризма», – говорит он.

ИРОНИЯ СУДЬБЫ

Первые звонки, возвестившие о том, что на смену практически полностью уничтоженной в Индонезии «Джемаа исламия» приходит кто-то новый, прозвучали в начале 2010 г., когда в самой западной индонезийской провинции Ачех была вскрыта ранее неизвестная силам безопасности мощная террористическая сеть. Сначала в конце февраля был обнаружен и захвачен тренировочный лагерь экстремистов, а затем постепенно стала разматываться цепочка, завершившаяся арестом или уничтожением более чем ста террористов. Еще примерно столько же было позже арестовано в других районах страны.

Мемориал в честь жертв взрывов в Куте.

Как считают в международной неправительственной организации International Crisis Group, занимающейся в числе прочего и изучением терроризма в Индонезии, именно в это время идейные вдохновители призвали экстремистов изменить свою тактику: вместо атак на символы Запада (посольства и т.п.) и места скопления иностранных туристов перенести острие ударов на «неверных» в самой Индонезии (полицейских, спецназ, парламентариев и проповедников умеренности). Другими словами, те, кто сыграл наибольшую роль в победе над «классическими» террористами, сами превратились в мишени.

Результаты не заставили себя ждать: уже в марте 2011 г. в Джакарте было зафиксировано несколько случаев получения посылок-бомб. Книги с вложенными в них маломощными взрывными устройствами получили по почте глава службы полиции по борьбе с нелегальным распространением наркотиков, либеральный мусульманский проповедник, политический деятель и известный певец, не раз вызывавший неудовольствие радикалов-исламистов. Из четырех бомб сработала лишь одна, когда необученный взрывному делу полицейский попытался вскрыть пакет. Были ранены четыре человека, полицейский лишился руки.

В апреле около 30 человек получили ранения, когда террорист-смертник взорвал себя во время пятничной молитвы в мечети штаб-квартиры полиции западнояванского города Чиребон. Среди пострадавших помимо полицейских оказался также имам мечети и несколько присутствовавших на молитве местных жителей.

В том же месяце индонезийская полиция арестовала 19 человек, подозреваемых в причастности к различным терактам, в том числе в установке взрывного устройства близ католической школы в западнояванском городе Серпонг (которое не успело сработать).

Стало ясно, что на арену выходит новое поколение индонезийских исламистов, формально не связанных с «Джемаа исламия», что одновременно и облегчает, и затрудняет задачи борцов с террором. С одной стороны, они не проходили такой серьезной боевой подготовки, как их предшественники, но, с другой стороны, они почти неизвестны правоохранительным органам.

«Я не считаю, что сейчас имеется какой-то один человек, которого можно было бы назвать нынешним лицом терроризма в Индонезии, – говорит автор ряда книг по вопросам террора в Юго-Восточной Азии Кен Конбой. – Скорее, террористы распались на мелкие группы, которые поддерживают между собой в лучшем случае лишь мимолетные контакты».

В результате за два последних года в Индонезии произошло не менее 15 терактов. «Качество их нападений снизилось, но количество возросло», – говорит бывший командующий Densus 88 генерал-майор Тито Карнавиан.

«НОВЫЕ» ТЕРРОРИСТЫ?

«В городе Соло и его окрестностях сейчас насчитывается около 200 потенциальных смертников и три тысячи тех, кто готов воевать», – заявил недавно корреспонденту сингапурской Straits Times местный житель Руди (имя изменено).

В свои 33 года этот разнорабочий уже успел принять участие в межобщинных столкновениях между христианами и мусульманами в Амбоне (Молуккские острова) и Посо (Центральный Сулавеси).

Именно Соло (Суракарта), расположенный в самом сердце главного индонезийского острова Ява (на сравнительно небольшой по площади территории живут около 160 миллионов человек), стал своего рода «центром притяжения» для террористов, считает Аншад Мбаи. Именно в его пригородах Абу Бакар Баашир основал так и не закрытую до сих пор духовную школу-пансионат, в которой в то или иное время учились практически все организаторы взрывов на Бали.

А в сентябре этого года силы безопасности после убийства в Соло двоих полицейских арестовали или уничтожили еще не менее троих ее выпускников.

Затем в Соло были арестованы еще семь человек. По сообщениям индонезийских СМИ, стоявшие во главе ранее неизвестной силам безопасности террористической организации 45-летние Бадри Хартоно и Руди Курниа Путра планировали серию нападений на полицейские посты и участки, а также парламент страны. В домах арестованных конфискованы самодельные винтовки и холодное оружие, самодельные детонаторы и взрывчатка, пропагандистские материалы.

«Эти молодые террористы – дилетанты. Они слишком эмоциональны и стремятся к славе, – заявил Straits Times другой анонимный собеседник из Соло, пишущий статьи для радикальных сайтов. – Более опытные игроки ждут серьезной возможности для начала священной войны – такой, чтобы результат был более заметным».

Посольство Австралии в Джакарте после взрыва в 2004 г.

По мнению аналитика Центра религиозных и культурных исследований Ирфана Абубакара, сейчас из каждых пяти мечетей в этом городе как минимум одна поддерживает тесную связь с экстремистскими группами.

«Хотя наши ячейки сейчас и разрозненны, Соло остается тем местом, где собирается для обмена мнениями большинство братьев, – рассказывает Руди. – Они считают его духовным центром».

Действительно, всего через месяц после сентябрьских арестов в Соло бойцы Densus 88 в ходе серии операций в разных городах Явы захватили еще 11 подозреваемых террористов (причем только троих из них в самом этом городе). У арестованных, которые принадлежали к малоизвестной исламистской организации «Харака сунни Индонесиа», были конфискованы несколько снаряженных взрывных устройств, взрывчатка, компоненты бомб и руководства по взрывному делу.

По мнению полиции, целями группы были американские представительства в Сурабае и Джакарте, торговый центр Plaza 89 перед посольством Австралии и штаб-квартира американской горнодобывающей компании Freeport в Джакарте, а также штаб-квартира полицейского спецназа в городе Семаранг.

Сулавеси имеет весьма сложный горный рельеф.

«ОХОТНИКИ ЗА ГОЛОВАМИ» С СУЛАВЕСИ

«Сейчас самые разыскиваемые подозреваемые террористы скрываются в Посо, – говорит Аншад Мбаи. – Они готовят там своих последователей, чтобы терроризировать местное население. И потому наши люди сейчас находятся там и ведут на них охоту».

Чтобы понять, как меняется лицо индонезийского терроризма в наши дни, посетим в этой протянувшейся на 5,5 тысяч километров стране всего одно место – район Посо провинции Центральный Сулавеси.

Хотя 90% из 240 млн. индонезийцев исповедуют ислам, некоторые индонезийские провинции являются по преимуществу христианскими, а в ряде районов страны – таких, как центр Сулавеси, – численность мусульман и христиан практически одинакова.

И в условиях ослабления государственной власти после падения режима Сухарто именно этот остров, который в колониальные времена звали Целебес, превратился в 1998-2001 гг. в арену ожесточенных столкновений между мусульманами и христианами. По имеющимся оценкам, жертвами кровопролития тогда стали не менее двух тысяч человек, а 25 тысяч были вынуждены бежать из своих домов.

После подписания в феврале 2002 г. лидерами двух религиозных общин мирного соглашения обстановка в центральной части Сулавеси несколько нормализовалась, однако в последние годы там наблюдается новая активизация экстремистов, которые опять пытаются разжечь на острове межрелигиозные столкновения.

Уже в октябре 2004 г. в результате нападения неизвестных на деревню Бетелеме в районе Моровали поблизости от Посо погибли три человека и было сожжено 35 домов. Через несколько дней жертвами аналогичных акций в самом Посо стали не менее девяти мирных жителей.

В мае 2005 г. в результате двух взрывов на рынке в расположенном недалеко от Посо городе Тентена погибли, по меньшей мере, 15 человек, около 20 были ранены. А в октябре того же года близ Посо террористы обезглавили трех учениц христианской средней школы, и еще одна школьница получила тяжелые ранения.

Сейчас взрывы гремят в Посо чуть ли не ежедневно, а террористы продолжает отрезать головы своих жертв – вот хроника событий конца 2012 г.:

• 8 октября полиция задерживает в соседнем районе Палу подозреваемого террориста, он дает показания о сообщниках. Двое полицейских направлены для проверки информации о наличии близ города лагеря подготовки экстремистов, принадлежащего преемнице «Джемаа исламия» – радикальной исламистской группировке «Джамаа Аншору Таухид».

• 9 октября последовал ответ: утром у дома местного христианина и у одной из церквей гремят взрывы. Никто не пострадал. «Я призываю жителей не поддаваться на провокации», – говорит глава полиции провинции бригадный генерал Дева Парсана.

• 14 октября свыше 120 бойцов мобильных бригад полиции (нечто вроде российских ОМОНов) и сотрудников полиции Посо начинают массированную операцию по поиску двоих пропавших полицейских, направленных на поиски лагеря террористов.

• 16 октября их тела найдены в лесу близ деревни Масани. «Двое полицейских захоронены в одной могиле с ранами на шеях, предположительно нанесенными холодным оружием», – говорит официальный представитель национальной полиции бригадный генерал Бой Рафли Амар. Позже становится известно, что на телах не просто имеются раны: головы убитых практически отделены от тел.

• 22 октября двое полицейских и охранник банка получают ранения различной степени тяжести в результате двух новых взрывов в Посо; неизвестные пытаются поджечь церковь. По мнению шефа полиции района Эко Сантосо,

целью терактов является отвлечение внимания полиции от продолжающихся операций в районе обнаруженного лагеря террористов.

• 30-31 октября бойцы мобильных бригад захватывают близ Посо шестерых подозреваемых в терроризме, один из которых получает ранения при попытке бросить в группу захвата взрывное устройство и умирает по пути в полицейский госпиталь. В ходе операции в деревне Калора в 50 километрах к северу от города изъяты огнестрельное оружие, десять самодельных взрывных устройств и взрывчатые материалы.

• 11 ноября члены действующей в Посо террористической группировки бросают взрывное устройство в губернатора соседней провинции Южный Сулавеси. При аресте были изъяты пистолет и материалы для изготовления бомб.

• 14 ноября несколько неизвестных совершают покушение на шефа полиции города Посо Никласа Караувана.

В ОЖИДАНИИ ВЗРЫВА

«Порой я завидую Малайзии и Сингапуру: они имеют право на превентивный арест, и это сыграло очень важную роль в борьбе с терроризмом, – говорит Аншад Мбаи. – Мы бы тоже хотели иметь такую возможность, но не имеем ее».

Другой необходимой мерой глава НУПТ считает  принятие более жестких законов об ответственности за разжигание ненависти и побуждение к терроризму. «Без таких более жестких законов мы, по сути, просто ждем нового взрыва», – говорит он.

В июне 2011 г. суд Южной Джакарты приговорил уже знакомого нам Абу Бакар Баашира к 15 годам тюремного заключения за финансирование террористов. Собравшиеся в зале суда сотни его сторонников выразили свое недовольство криками «Аллах акбар!».

Идейному вдохновителю экстремистов сейчас 73 года – так что вряд ли он будет представлять угрозу, даже если доживет до срока освобождения (кстати, обвинение требовало вынесения приговора о пожизненном заключении). Но основанный им в пригородах Соло рассадник терроризма продолжает действовать: в стране, где живет около 220 миллионов мусульман, закрыть мусульманскую духовную школу непросто.

Можно говорить о «классических» и «новых» террористах в Индонезии, но суть дела осталась прежней. «Они избирают своими целями тех, кто не обладает критическим мышлением, тех, кто ищет свое место в мире», – говорит о вдохновителях террора основатель Института международного миротворчества Нур Худа Исмаил, который некогда сам был учеником Баашира.

Многие боевики по-прежнему верят, что террор откроет не только им самим, но и 70 наиболее близким родственникам дорогу в райские кущи, где воздаянием «праведникам» станут 72 небесные девы.

«А вы сами отказались бы от рая? – спрашивает осужденный за терроризм боевик Фадлан. – Я по-прежнему верю в это, потому что обещание дано не моим вербовщиком, но самим Аллахом».

Парламент Индонезии никак не примет по-настоящему эффективное антитеррористическое законодательство, опасаясь не только протестов радикально настроенных мусульман, но и реакции либералов, проводящих параллели с 32-летним «диктаторским» правлением отставного генерала Сухарто, отошедшего от власти лишь в 1998 г.

Между тем через три-четыре года первая волна осужденных за теракты в Индонезии начнет выходить на свободу…

Михаил Владиленович ЦЫГАНОВ – корреспондент РИА Новости в Индонезии специально для журнала «Национальная оборона»


 

НОВОСТИ

Министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу в ходе рабочей поездки в войска Центрального военного округа проверил организацию несения опытно-боевого дежурства (ОБД) РЛС высокой заводской готовности «Воронеж-ДМ», которая расположена в районе города Енисейска (Красноярский край).
Соединение специального назначения Южного военного округа (ЮВО) получило на вооружение бронеавтомобили «Тигр-М», оснащенные новейшим боевым модулем дистанционного управления (БМДУ) «Арбалет-ДМ».
Указом президента России Владимира Путина генеральному директору АО «Воткинский завод» Виктору Толмачеву присуждена Государственная премия Российской Федерации имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова.
По информации Департамента информации и массовых коммуникаций МО РФ, в объединение противовоздушной и противоракетной обороны ВКС в 2017 г. поступят четыре модернизированные зенитные ракетные системы С-300ПМ2, а также несколько дивизионов зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь-С2».
Как заявил заместитель министра обороны России Юрий Борисов в ходе посещения Таганрогского авиационного научно-технического комплекса имени Г.М. Бериева, первый полет нового многофункционального авиационного комплекса радиолокационного дозора и наведения А-100 должен состояться в декабре 2017 г.
В общевойсковой армии Восточного военного округа, дислоцированной в Амурской, Еврейской автономной областях и Хабаровском крае, завершилось перевооружение на современные пулеметы «Печенег» различных модификаций.
Объединенная двигателестроительная корпорация в обеспечение потребностей государственного заказчика возобновила производство турбореактивных двигателей АЛ-31Ф серии 3 для палубных истребителей Су-33. Партия двигателей уже выпущена ПАО «УМПО» и поставлена заказчику.
«Неоправданные действия наших западных коллег ведут к разрушению системы безопасности в мире. Повышают взаимное недоверие и вынуждают нас применять меры реагирования, в первую очередь на Западном стратегическом направлении», – подчеркнул глава военного ведомства генерала армии Сергей Шойгу в ходе выездного заседания Коллегии Министерства обороны России, проведенного в Калининграде.
«НИИ измерительных приборов – Новосибирский завод имени Коминтерна» при содействии ученых Сибирского отделения РАН разработал новый радиолокатор для Минобороны РФ.
Для противодействия переносу террористической активности из Афганистана в Центральную Азию Россия повышает боеготовность военных баз в Таджикистане и Киргизии, оснащает их современным вооружением, заявил министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу в ходе совещания Совета глав военных ведомств государств-участников Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), которое прошло в столице Казахстана Астане.

 

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «Издательский дом «Национальная оборона»

Адрес редакции: 109147, Москва, ул. Воронцовская, д. 35Б, стр. 2, офис 636

Для писем: 123104, Москва, а/я 16

Свидетельство о регистрации: Эл № ФС 77-22322 от 17.11.2005

 

 

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

 

Rambler's Top100